Доступ к материалам досудебного производства как механизм обеспечения прав личности в уголовном процессе

Современное уголовно-процессуальное право России переживает этап глубоких преобразований, связанных с переосмыслением места и роли личности в механизме уголовно-юрисдикционной деятельности. Повышение конституционного статуса личности, признание приоритета прав человека перед публичными интересами стали не просто декларативными лозунгами, а реальными ориентирами, определяющими направление развития многих процессуальных институтов [1, с. 63]. Одним из таких институтов, получивших новое содержание, является право участников уголовного судопроизводства на доступ к материалам дела на стадии досудебного производства.

Ещё в Уголовно-процессуальном кодексе Российской Советской Федеративной Социалистической Республики (далее - УПК РСФСР) были закреплены базовые гарантии для обвиняемого, защитника, потерпевшего и иных заинтересованных лиц – право на ознакомление с материалами дела по окончании расследования, возможность делать выписки и получать копии обвинительного заключения. Однако действующий Уголовно-процессуальный кодекс Российской Федерации (далее - УПК РФ) пошёл значительно дальше: он не только сохранил прежние гарантии, но и наделил участников дополнительными правами – на получение копий процессуальных документов, на ознакомление с материалами на более ранних этапах, на изучение доказательств, представляемых стороной обвинения в суд уже в ходе предварительного следствия [2, с. 63]. Эти новеллы свидетельствуют о том, что доступ к материалам дела перестаёт быть эпизодическим действием, приуроченным к завершению расследования, и превращается в системный механизм информационного обеспечения участников процесса.

Вместе с тем, в научной литературе данное правовое явление до сих пор не получило целостного осмысления. Как правило, исследователи ограничиваются комментариями к отдельным нормам либо рассматривают ознакомление с материалами дела в узком процессуальном аспекте, не поднимая вопроса о формировании самостоятельного правового института [3, с. 64]. Не разработана и чёткая дефиниция самого понятия «доступ к материалам досудебного производства», несмотря на то что Конституционный Суд Российской Федерации неоднократно использовал в своих решениях категории «доступ к информации» и «доступ к сведениям» применительно к участникам уголовного процесса. Также обращает на себя внимание многозначность термина «доступ» в русском языке и его различное толкование в законодательных актах, что требует специального анализа [4, с. 75]. Повышение конституционного статуса личности, приоритет прав личности перед публичными интересами в уголовном судопроизводстве стали одними из основных направлений в преобразовании уголовного судопроизводства, стали отправной точкой в совершенствовании многих уголовно-процессуальных институтов. Так в УПК РСФСР были закреплены некоторые права участников уголовного судопроизводства, в частности, право обвиняемого, защитника, потерпевшего, гражданского истца, гражданского ответчика и их представителей на ознакомление с материалами уголовного дела на этапе окончания расследования по уголовному делу [5, с. 10], а также право, дающее возможность обвиняемому, защитнику делать записи из уголовного дела в любом количестве, получать копии обвинительного заключения и др. Однако, УПК РФ сохранил прежние гарантии и в то же время предоставил участникам процесса, имеющим в деле свой интерес, дополнительные права на получение копий процессуальных документов, возможность знакомиться с материалами дела на более ранних этапах расследования, а также право на изучение материалов, представляемых стороной обвинения в суд на досудебном производстве, и некоторые другие права, способствующие информированию о ходе расследования.

Изучение вышеупомянутого права участников уголовного процесса позволяет с уверенностью утверждать о наличии в современной теории уголовно-процессуального права нового правового института – доступ участников уголовного процесса к материалам досудебного производства [6, с. 58]. По этой причине, следует раскрыть данное понятие, а именно определить его место среди других правовых образований и категорий уголовного судопроизводства.

Следует отметить, что наряду с высокой значимостью прав участников уголовного процесса на получение информации о ходе и результате расследования доступ к материалам уголовного дела в качестве комплексного образования ещё не рассматривался в научной литературе. Данное положение даёт право на предложение собственных суждений на этот счёт. Если обратиться к этимологии слова «доступ», то данное в русском языке имеет несколько значений: 1) место к которому можно подойти; 2) проход к чему – либо; 3) свободный вход; 4) проникновение, прохождение кого – либо к чему – либо; 5) возможность пользоваться чем – либо, получать что – либо; 6) возможность проникновения куда-нибудь; 7) разрешение заниматься, пользоваться чем-нибудь.

Анализ законодательных актов, регулирующих уголовно-процессуальные отношения, выражение «доступ к материалам досудебного производства» или к каким-либо иным уголовно-процессуальным документам не встречается. Однако слово «доступ» употребляется законодателем довольно часто. Так, в ст. 52 Конституции Российской Федерации говорится, что государство обеспечивает потерпевшим доступ к правосудию и компенсацию причиненного ущерба. В части 1 ст. 125 УПК РФ указывается, что «...постановления следователя... которые способны... затруднить доступ граждан к правосудию, могут быть обжалованы в суд...». Употреблено словосочетание «доступ к правосудию» также в ч. 1 ст. 1 закона «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации». Термин «доступ к правосудию» встречается и в юридической литературе.

Во всех изученных нами источниках уголовно-процессуального права «доступ» применяется, как правило в словосочетании «доступ к правосудию». Анализ нормативных правовых актов, юридической литературы, решений судебных органов позволяет с достаточно большой степенью уверенности утверждать, что оно, в основном, понимается как право - право граждан защищать, отстаивать свои права, свободы и интересы в судебном порядке.

Категория «доступ» в контексте ознакомления с материалами уголовного дела впервые была применена Конституционным судом Российской Федерации. В ходе рассмотрения жалоб судом очень часто применялись словосочетания «доступ к информации», «доступ к сведениям». Характеризовали данные возможность участников уголовного процесса знакомиться с разного рода документами. Следовательно, конституционный суд применял указанные категории для определения права лица на ознакомление с материалами уголовного дела. Несколько иначе трактуется категория «доступ» в ст. 2 ФЗ «О государственной тайне», данная норма определяет, что доступ к сведениям, имеющим государственную тайну – это санкционированное уполномоченным на то лицом ознакомление конкретного участника уголовного процесса со сведениями, составляющими государственную тайну. Из данного следует, что слово «доступ» применяется в значении ознакомления, т.е. как деятельность, связанная с получением информации об определенных сведениях.

Содержание категории доступ включает в себя такие элементы как права участников уголовного процесса; деятельность по реализации участниками уголовного процесса принадлежащих им прав; обязанности должностных лиц [7, с. 28]; урегулированная законом процедура уголовно-процессуальных отношений в области доступа к материалам уголовного процесса.

Проведённое исследование позволяет подвести итог и сформулировать основные выводы.

Во-первых, следует констатировать, что эволюция уголовно-процессуального законодательства от УПК РСФСР к УПК РФ демонстрирует устойчивую тенденцию расширения прав участников судопроизводства на получение информации о материалах расследования: если ранее такое право было жёстко привязано к этапу окончания предварительного следствия и ограничивалось преимущественно ознакомлением с делом и выписками, то теперь оно включает копирование процессуальных документов, доступ к материалам на ранних стадиях и изучение доказательств, представляемых стороной обвинения, что свидетельствует о качественном изменении самой сути данного права. Во-вторых, анализ этимологии слова «доступ» и его употребления в Конституции Российской Федерации, уголовно-процессуальном законе и специальном законодательстве о государственной тайне показывает, что это понятие не сводится к простому физическому ознакомлению с документами; оно включает в себя санкционированную возможность получения информации, деятельность по её реализации и корреспондирующие обязанности должностных лиц, а в контексте уголовного судопроизводства тесно связано с конституционным правом граждан на информацию и доступ к правосудию [8, с. 55]. В-третьих, несмотря на то что словосочетание «доступ к материалам досудебного производства» напрямую в УПК РФ не встречается, а категория «доступ» чаще применяется в связке «доступ к правосудию», практика Конституционного Суда РФ и содержание действующих норм позволяют выделить доступ к материалам дела в качестве самостоятельного правового образования, имеющего собственную структуру, включающую субъективные права участников, деятельность по их осуществлению, процессуальные обязанности уполномоченных органов и установленную законом процедуру. В-четвёртых, с учётом изложенного предлагается авторское определение: доступ к материалам уголовного дела – это регламентированная УПК РФ и иными законодательными актами совокупность правоотношений, прав и обязанностей участников уголовного судопроизводства, а также их фактических действий, обеспечивающих указанным лицам возможность получения информации о ходе и результатах расследования.

В-пятых, все перечисленные элементы позволяют утверждать, что доступ к материалам досудебного производства в современной теории уголовно-процессуального права следует рассматривать в качестве нового правового института, поскольку он обладает обособленным предметом регулирования, системой взаимосвязанных норм и функциональной направленностью на реализацию конституционных прав граждан. В-шестых, традиционное понимание доступа лишь как права на ознакомление или самого процесса ознакомления уже не отвечает реальному состоянию уголовно-процессуальных отношений и нуждается в корректировке, так как закон предоставляет участникам гораздо более широкий набор информационных возможностей на протяжении всего досудебного производства. Наконец, перспективными направлениями дальнейших исследований видятся вопросы о пределах такого доступа в условиях соблюдения тайны следствия и государственной тайны, а также о внедрении электронных форм ознакомления с материалами дела, что может существенно повлиять на процедуру реализации рассматриваемого права. Таким образом, переосмысление доступа к материалам досудебного производства как комплексного института создаёт теоретическую базу для совершенствования законодательства и правоприменительной практики в направлении более полного обеспечения прав и законных интересов всех участников уголовного судопроизводства.